Книга Оружейная палата. Содержание - ШЛЕМ БУЛАТНЫЙ («ШАПКА ИЕРИХОНСКАЯ»). Шапка иерихонская


Аят из Корана на шлеме Александра Невского (вн.). А вы знали об этом? — Концепция общественной безопасности

Откуда в Оружейной палате арабское оружие? Загадочные исламские надписи объясняют альтернативные историки.

Аят из Корана на шлеме Александра Невского (вн.). А вы знали об этом?

Чтобы понять, насколько оружие с арабскими надписями типично для коллекции Оружейной палаты, обратимся к описи Оружейной палаты Московского Кремля, составленной в 1862 году помощником директора Оружейной палаты Лукианом Яковлевым. Этот редчайший документ существует лишь в каллиграфической рукописи и хранится в архиве Оружейной палаты Московского Кремля.

...

Поэтому собрание сабель Оружейной палаты в рамках традиционной истории выглядит неестественным. Оно требует специальных объяснений.

На основе традиционной истории логично предположить, что крестоносец напишет на щите девиз на латыни, мусульманин — аяты из Корана, а русский воин воспользуется хотя бы родным языком. Вместо этого мы наблюдаем засилье так называемого «восточного» оружия на Руси с надписями религиозного содержания, выполненными почти исключительно на арабском языке. Как правило, это аяты из Корана и обращения к Аллаху.

Причем речь идет НЕ о трофейном оружии. Сабли с арабскими надписями на Руси покупались  и изготавливались в Оружейной палате русскими мастерами.

...

Половина «шапок иерихонских», являющихся важной частью торжественного воинского наряда русского царя, имеет религиозные арабские надписи. Поразительно, что другие языки, кроме арабского, при этом не используются.

Есть даже пример парадоксального, с точки зрения традиционной истории, соседства казалось бы совершенно чуждых друг другу религиозных символов на «шапках иерихонских» русских царей. Так, например, на «шапке иерихонской» Михаила Федоровича Романова, работы мастера Оружейной палаты Никиты Давыдова 1621 года, в клеймах помещена арабская кораническая надпись: «Обрадуй правоверных обещанием помощи Божьей и скорой победы». Эта надпись соседствует с восьмиконечными православными крестами на самом шлеме и с образом архангела Михаила на стрелке шлема.

Другой пример. На зерцалах царских доспехов первых Романовых, хранящихся в Московской Оружейной палате, кириллицей по-русски написаны только титулы Михаила Федоровича и Алексея Михайловича. Религиозные же надписи на зерцалах выполнены сплошь на арабском языке.

В целом прослеживается следующая, поразительная с точки зрения внушенной нам версии русской истории, картина. Надписи обычно присутствуют на традиционном русском княжеском вооружении — сабле, зерцальном булатном доспехе и шапке иерихонской, — которое входило в «большой наряд» русских царей.

...

Причем только арабские надписи, как правило, содержат религиозные формулы на русском оружии. Пожалуй, единственное исключение — это двуязычная «турецкая» сабля XVI века из собрания Московской Оружейной палаты, на которой религиозные надписи выполнены и по-арабски и по-русски.

На пяте этой сабли написано по-арабски: «Во имя Бога, благого и милосердного!», «О победитель! О заступник!». По обуху той же сабли идет надпись кириллицей также религиозного содержания: «Суди Господи, обидящьия мя. Побори борющьия мя. Прими оружие и щит и возстани в помощь».

Такое широкое применение арабского языка на старом русском оружии, причем преимущественно для религиозных формул, говорит о том, что арабский язык до XVII века мог быть одним из священных языков Русской православной церкви. Сохранились и другие свидетельства использования арабского языка в Русской православной церкви доромановской эпохи. 

Например, драгоценная митра — головной убор православного епископа, до сих пор хранящаяся в музее Троице-Сергиевой лавры. Ее фотография приведена в альбоме Л. М. Спириной «Сокровища Сергиево-Посадского государственного историко-художественного музея-заповедника. Древнерусское прикладное искусство» (ГИПП «Нижполиграф», Н. Новгород, год издания не указан). На митре спереди, прямо над православным крестом, помещен драгоценный камень с арабской надписью.

Обилие арабских религиозных надписей на предметах, входящих в состав Большого наряда русских царей, то есть их парадного воинского доспеха, и практически полное отсутствие каких-либо надписей на других видах вооружения (за исключением разве что клейм изготовителя на шпагах и немецких мечах) также служит косвенным свидетельством в пользу использования арабского языка на Руси в качестве старого языка традиционных обрядов и старого церковного языка.

Фрагмент шлема Ивана Грозного. Над именем царя на кириллице — арабский «узор». Это надпись «Аллах Мухаммед», сделана она семь раз по окружности шлема.

Интересный факт. 

Имя Александра Невского известно каждому. Его деятельность пришлась на один из тяжелейших периодов истории древнерусского государства.  

Жизнь великих людей всегда обрастала тайнами. Множество легенд было и вокруг имени Александра Невского — некоторые даже считали его сыном хана Батыя. История бережно хранит все, что связано с именем великого полководца. 

В музее Московского Кремля хранится шлем Александра Невского с арабскими надписями. На нем высечен арабской вязью аят из Корана (61:13). На поверхности шлема отчетливо видно нанесенное золотой насечкой изображение царского венца с восьмиконечным православным крестом. На носовой стрелке шлема помещено эмалевое изображение архангела Михаила. 

А вокруг острия шлема ИДЕТ ПОЯС АРАБЕСОК. То есть АРАБСКИХ изречений, заключенных в рамки. На арабеске каноническим арабским шрифтом помещена надпись «Ва башшир аль-муминин» — «И обрадуй же верующих». Это часто встречающееся выражение из Корана. 

http://maxpark.com/community/politic/content/2181518

kob.su

Откуда на шлемах русских князей надписи об Аллахе. Русские победы "мусульманским" оружием | Блог Дмитрий Савицкий

В развитие поста: Русские доспехи и оружие средневековья https://cont.ws/post/312426

Откуда на шлемах русских князей надписи об Аллахе

Накануне годовщины Куликовской битвы в интернете как по заказу появились фотографии шлемов русских князей и царей с арабской вязью

«Вот свидетельство того, что русские веками плясали под дудку Орды!» - тут же посыпались злорадные комментарии блогеров. Знатоки истории, конечно, посмеются над такими умозаключениями. Но и правда интересно: откуда арабские слова на наших шлемах?

НА ЦАРЕ ШАПКА ГОВОРИТ

Действительно, на шлеме Михаила Федоровича Романова написаны слова молитвы из Корана: «Радуй верных обещанием помощи от Аллаха и скорой победы». В XIX веке этот шлем даже поместили в центр герба Российской империи - на основе легенды, что его носил Александр еще Невский.

Но экспертиза показала, что эта «шапка» была выкована и украшена восточными изречениями в XVI веке в Турции и была доставлена в Россию с посольскими дарами. А веком позже шлем украсил христианскими ликами оружейный мастер Никита Давыдов. Что было обычной практикой. Сами подумайте: если бы царь, который считался в народе наместником Бога на земле, понимал, что на его шлеме изречения из Корана, стал бы он его носить?

- Так откуда у русских царей восточные доспехи? - спрашиваю у хранителя коллекции холодного оружия Музеев Московского Кремля Василия Новоселова:

- Они стали популярны среди русских царей на рубеже XV - XVI веков, когда на поле боя стал главенствовать лук. Закупали их на востоке, но еще чаще получали в подарок. В маневренном бою нужна была защита от стрел. Поэтому в доспехах родовитого воина появились сфероконические шлемы, кольчужные бармицы. Дополнялось все это булатной саблей.

А восточные мастера, украшая шлемы, вплетали в декор надписи на арабском или персидском языках, часто религиозного характера.

ВОСТОЧНУЮ ВЯЗЬ СЧИТАЛИ ОРНАМЕНТОМ

- Но цари вообще понимали, что там написано? Могли они знать арабский язык?

- Восточные надписи на оружии принимали за часть традиционного декора. Как пример можно привести украшение шлема Ивана Грозного, что хранится в Швеции (вывезен из Кремля поляками в Смутное время и перешел шведам при взятии Варшавы. -Авт.). На нем повторяются одни и те же фрагменты слова, в которых угадывается имя - Аллах. Видимо, и русский мастер наносил их как орнамент, не зная значения, а потому без всякого смысла повторял несколько раз часть имени.

Что до рядовых воинов, их доспех и оружие в нашем музее представлены единичными, чудом уцелевшими экземплярами, так как во время Смуты 1605 - 1613 гг. кремлевский арсенал был разграблен польским гарнизоном. Мы только можем предполагать, что воин-дружинник Куликовской битвы мог идти в бой с мечом (в конце XV века их вытеснили сабли и палаши) и длинным копьем для конного таранного удара.

19 Сент.2015 Александр БОЙКО @AlexBoykoKP http://www.kp.ru/daily/26435.7...

Русские победы "мусульманским" оружием

Русское оружие, которому было суждено одержать множество великих побед и быть воспетым поэтами, одно время было сплошь «мусульманским». На него не просто наносили арабские слова, но даже целые аяты из Корана и исламские молитвы (дуа). Зачем это делалось, как это объяснить сегодня и почему традиционная версия не выдерживает критики? Об этом ниже.

В собрании Оружейной палаты Московского Кремля привлекают внимание предметы эпохи XVI-XVII вв., покрытые арабскими надписями и характерными восточными узорами. В большом альбоме «Государственная Оружейная палата» приводятся некоторые такие предметы, и дается краткое пояснение их происхождения.

Авторы альбома предлагают свое «объяснение» арабским надписям на русском оружии. Дескать, русские мастера копировали восточное оружие, считавшееся лучшим в мире, и, подражая, копировали также надписи на незнакомом им языке, не особенно вдаваясь в их смысл.

Чтобы понять, насколько оружие с арабскими надписями типично для коллекции Оружейной палаты, обратимся к описи Оружейной палаты Московского Кремля, составленной в 1862 году помощником директора Оружейной палаты Лукианом Яковлевым. Этот редчайший документ существует лишь в каллиграфической рукописи и хранится в архиве Оружейной палаты Московского Кремля.

Как сказано в описи, при ее составлении восточные надписи были разобраны муллою Хейреддином Агъевым, братом его муллою Зейэддином и отцом их ахуном московского Мухамеданского общества имамом Магометом Рафиком Агеевым. Упомянутая бумага является наиболее полной среди других описей Московской Оружейной палаты, хранящихся в Музее Московского Кремля (Успенская Звонница) в Архиве Оружейной палаты, с которыми нам удалось познакомиться в 1998 году.

Кроме указанной описи Лукиана Яковлева, в Архиве Оружейной палаты мы видели еще несколько рукописных описей холодного оружия Оружейной палаты. Однако, в отличие от описи Л. Яковлева, в них нет прорисовок и переводов арабских надписей на оружии. Этих прорисовок и переводов почему-то нет и в печатном варианте описи Л.Яковлева, составленном и изданном Филимоновым в 1884 году. Таким образом, рукописная опись Оружейной палаты Л. Яковлева является, по-видимому, единственным полным источником по арабским надписям на предметах Московской Оружейной палаты.

В описи отмечено 46 сабель, принадлежащих Михаилу Федоровичу, Алексею Михайловичу, Ивану Алексеевичу Романовым, а также русским князьям XVI-XVII вв. В описи Л. Яковлева описания сабель снабжены указаниями вида: «Русская», «Восточная», «Турецкого образца» и т. д., относящимися либо к месту изготовления, либо к образцу, по которому изготовлена та или иная сабля. При этом не всегда понятно, что именно – место изготовления или название образца - имеется в виду.

Анализ данных однозначно говорит, что наиболее значительную часть холодного оружия Московской Оружейной палаты составляют сабли. Это не случайно.

Считается, что в XVI-XVII веках сабля была типичным наиболее популярным оружием русского воина. Так, например, в сборнике «Очерки русской культуры XVI-XVII веков» утверждается, что традиционным оружием ближнего боя в русском войске была сабля. Ею были вооружены все виды войск (!).

«Оружием ближнего боя в XVI веке стала сабля - о полном ее господстве и широком распространении говорят как русские, так и иностранные свидетельства. Так, все без исключения 288 человек детей боярских и дворян коломничей, 100 человек ряшан, в том числе и «новики», только что зачисленные на службу «в сабле», лишь несколько слуг были вооружены копьями. Рисунки Никоновской рукописи также изображают конников всегда с саблями». Мы приводим здесь два рисунка русских конных воинов из заимствованных П. П. Епифановым из средневекового описания Московии С. Герберштейна.

П. П.Епифанов далее пишет: «Десятни - списки дворян и их слуг, составляемые на периодических смотрах, дают наглядное представление о вооружении русской конницы XVI века. Вот типичные записи: «Быти ему на службе на коне, в пансыре, в шеломе, в зерцалех, в наручах, з батарлыке, в сабле, да за ним три человеки на конях, в пансырех, в шапках железных, в саадацех, в сабле, один с конем простым (запасным), два с копьи, да человек на мерине с юком (вьюком)»; «быти ему на службе на коне, в тегиляе толстом, в шапке в железной, в саадаке, в сабле, да человек на мерине с юком». В первом случае представлены оружие и доспехи знатного «дворового» дворянина, во втором - менее состоятельного «городового».

Сабля была на вооружении пеших войск, а также «пехоты огненного боя». В статье приведены два рисунка, на которых изображен русский пехотинец и русский воин «огненного боя» XVI века. В XVII веке такой порядок сохранялся до введения Романовыми солдатских и рейтарских частей, построенных и вооруженных на западный манер.

«Главным ударным оружием конницы была сабля. По свидетельству иностранного наблюдателя, большинство русских конников, одетых в железные кольчуги, были вооружены «кривыми короткими саблями», более редкими были палаши».

Несмотря на такую популярность сабли как оружия в московских войсках XVI-XVII веков, в описи Оружейной палаты 1862 года сабли «московского образца» встречаются далеко не так часто, как можно было бы ожидать. Даже если отнести к ним все сабли, относительно которых нет указания на тип или место изготовления.

Так, среди сабель, принадлежащих русским князьям и царям XVI-XVII веков, вплоть до Ивана Алексеевича Романова, доля сабель «московского образца», согласно документам, составляет всего 34,8%. Это почти в два раза меньше числа «иноземных» сабель, доля которых равняется 65,3%. Та же картина прослеживается и в собрании безымянных сабель и сабельных полос: 96,2% «иноземных» типов против 3,6% клинков, сделанных не по «иностранному» образцу.

Следует отметить, что существенную часть хранящихся в Оружейной палате сабель составляют клинки так называемого «восточного» образца. Так, среди сабель, принадлежащих Михаилу Федоровичу, Алексею Михайловичу, Ивану Алексеевичу Романовым, а также русским князьям XVI-XVII вв., доля сабель якобы «восточного» образца составляет 50% от общего количества. А среди сабельных полос – 39,7%, не считая 24% черкасских и тавризских сабель.

С точки зрения принятой сегодня версии русской истории получается, что собрание традиционного русского оружия Московского Кремля состоит в основном из сабель иностранных типов. Более того – из сабель, сделанных по образцам, принятым во враждебных вроде как Московской Руси государствах.

Ведь, как считается в традиционной истории, мусульманский Восток, и в частности, Османская империя, был постоянным военно-политическим и религиозным противником Руси. Да и с западными соседями - Польшей, Литвой и Ливонским орденом - отношения у Московской Руси, как нас уверяют, были далеко не дружественными. Трудно поверить, что в такой обстановке на Руси не существовало своего развитого производства оружия и его русского, национального оформления.

Поэтому собрание сабель Оружейной палаты в рамках традиционной истории выглядит неестественным. Оно требует специальных объяснений.

На основе традиционной истории логично предположить, что крестоносец напишет на щите девиз на латыни, мусульманин - аяты из Корана, а русский воин воспользуется хотя бы родным языком. Вместо этого мы наблюдаем засилье так называемого «восточного» оружия на Руси с надписями религиозного содержания, выполненными почти исключительно на арабском языке. Как правило, это аяты из Корана и обращения к Богу (ду´а).

Причем речь идет не о трофейном оружии. Сабли с арабскими надписями на Руси покупались, подносились в виде дани и изготавливались в Оружейной палате русскими мастерами.

В работе П. П.Епифанова отмечается, что русские сабли с несколько искривленным клинком были «похожи» на турецкие. «Несмотря на известные различия конструкции - одни имели крестовины лопастями, другие - с шариками, у одних была «елмань» (расширение в нижней части клинка), а у других не было, - в целом сабли были однотипны».

По-видимому, в XVII веке русский и турецкий (восточный) образцы просто не различались. С другой стороны, они противопоставлялись саблям западных образцов - польского, литовского, немецкого.

Аналогичная ситуация возникает и с зерцальными доспехами, и со знаменитыми «шапками иерихонскими» - парадными шлемами русских царей. Половина «шапок иерихонских», являющихся важной частью торжественного воинского наряда русского царя, имеет религиозные арабские надписи. Поразительно, что другие языки, кроме арабского, при этом не используются.

Есть даже пример парадоксального, с точки зрения традиционной истории, соседства казалось бы совершенно чуждых друг другу религиозных символов на «шапках иерихонских» русских царей. Так, например, на «шапке иерихонской» Михаила Федоровича Романова, работы мастера Оружейной палаты Никиты Давыдова 1621 года, в клеймах помещена арабская кораническая надпись: «Обрадуй правоверных обещанием помощи Божьей и скорой победы». Эта надпись соседствует с восьмиконечными православными крестами на самом шлеме и с образом архангела Михаила на стрелке шлема.

Другой пример. На зерцалах царских доспехов первых Романовых, хранящихся в Московской Оружейной палате, кириллицей по-русски написаны только титулы Михаила Федоровича и Алексея Михайловича. Религиозные же надписи на зерцалах выполнены сплошь на арабском языке.

В целом прослеживается следующая, поразительная с точки зрения внушенной нам версии русской истории, картина. Надписи обычно присутствуют на традиционном русском княжеском вооружении - сабле, зерцальном булатном доспехе и шапке иерихонской, - которое входило в «большой наряд» русских царей.

При этом кириллические надписи составляют явное меньшинство и, как правило, обозначают принадлежность владельцу. Таковы, например, надпись на сабле Мстиславского, надпись на рогатине великого князя Бориса Алексеевича, на булаве Михаила Федоровича («Божьей милостью мы великий Господарь Царь, Великий князь всея Руси Самодержец») и т. д.

В то же время на русском оружии много арабских надписей. Причем только арабские надписи, как правило, содержат религиозные формулы на русском оружии. Пожалуй, единственное исключение - это двуязычная «турецкая» сабля XVI века из собрания Московской Оружейной палаты, на которой религиозные надписи выполнены и по-арабски и по-русски.

На пяте этой сабли написано по-арабски: «Во имя Бога, благого и милосердного!», «О победитель! О заступник!». По обуху той же сабли идет надпись кириллицей также религиозного содержания: «Суди Господи, обидящьия мя. Побори борющьия мя. Прими оружие и щит и возстани в помощь».

Такое широкое применение арабского языка на старом русском оружии, причем преимущественно для религиозных формул, говорит о том, что арабский язык до XVII века мог быть одним из священных языков Русской православной церкви. Сохранились и другие свидетельства использования арабского языка в Русской православной церкви доромановской эпохи.

Например, драгоценная митра - головной убор православного епископа, до сих пор хранящаяся в музее Троице-Сергиевой лавры. Ее фотография приведена в альбоме Л. М. Спириной «Сокровища Сергиево-Посадского государственного историко-художественного музея-заповедника. Древнерусское прикладное искусство» (ГИПП «Нижполиграф», Н. Новгород, год издания не указан). На митре спереди, прямо над православным крестом, помещен драгоценный камень с арабской надписью.

Обилие арабских религиозных надписей на предметах, входящих в состав Большого наряда русских царей, то есть их парадного воинского доспеха, и практически полное отсутствие каких-либо надписей на других видах вооружения (за исключением разве что клейм изготовителя на шпагах и немецких мечах) также служит косвенным свидетельством в пользу использования арабского языка на Руси в качестве старого языка традиционных обрядов и старого церковного языка.

Московские цари того времени, как известно, были в глазах народа наместниками Бога на Земле. Поэтому они должны были с особым тщанием придерживаться старых русских традиций. В частности - использовать религиозные формулы, записанные «по-старому», по-арабски, на парадном доспехе, отдавая дань уважения порядкам, по которым жили отцы и деды, которые освящены веками.

Этот подсознательный консерватизм любого общества, видимо, проявляется и в рассматриваемом вопросе. Понятно, что подобный консерватизм должен особенно сильно выражаться при оформлении оружия.

Не вызывает сомнений, что русский средневековый воин, как и любой другой, ревниво следил за тем, чтобы на его оружии были только правильные, испытанные отцами и дедами символы и надписи. Поскольку верил, что такие надписи помогут в бою, принесут удачу. А новые, не испытанные отцами и дедами надписи, могут оказаться «неправильными» и принести смерть. Поэтому надписи на оружии должны были быть особенно консервативны.

И уж совсем абсурдным выглядят утверждения современных комментаторов, будто бы русские воины наносили на своем оружии «для красоты» надписи и символы своих врагов. Причем, как мы видим по собранию Оружейной палаты, в массовом порядке.

Русская традиция писать на оружии по-арабски была столь сильна, что ей продолжали следовать и в XVIII столетии, когда Турция была повсеместно объявлена извечным врагом христианского мира. Так, Екатерина Вторая наградила Великого князя Александра Павловича саблей с египетским булатным клинком, содержащим, в частности, на лицевой стороне арабскую надпись: «Нет другого божества, кроме Единого Бога», «Всевышний Боже», «Молящегося Бог хранит».

Текст: Евгений Елисеев  6 марта, 2012  Источник: "Наш Мир"  islamnarusi

http://islamnarusi.livejournal...

×

cont.ws

Шапка Ерихонская | 100 великих сокровищ и реликвий

Шапка Ерихонская. Рисунок Ф. Г. Солнцева. XIX в.

Шапка Ерихонская. Рисунок Ф. Г. Солнцева. XIX в.

Всего в Ерихонской шапке 95 алмазов, 228 рубинов, 10 изумрудов. Вначале ее венчал и небольшой крест, сделанный из чистого золота, который не сохранился.

Когда в 1613 году Михаил Романов венчался на царство, в Москву для усиления оружейного дела были вызваны мастера из разных городов, в том числе Мурома, славившегося своими кузнецами. Так в Кремлевской Оружейной палате появился известный мастер Никита Давыдов, который в течение 50 лет создавал русское ратное оружие. В 1б21 году он выковал для царя Михаила Федоровича парадный булатный шлем, названный шапка Ерихонская, что означало «важная, главная».

Боевые шлемы в Древней Руси в зависимости от формы назывались по-разному, чаще шеломами, позднее, когда они стали вытягиваться вверх,- чичаками, или шишаками. Простые, склепанные из нескольких железных пластин, назывались шапками — «шапка железная», «шапка медная».

Шишак великого князя Ярослава Всеволодовича. Рисунок Ф. Г. Солнцева. XIX в.

Шишак великого князя Ярослава Всеволодовича. Рисунок Ф. Г. Солнцева. XIX в.

В начале XVII века парадные, иногда ратные шлемы, особенно если они предназначались для князей, предводителей дружин, украшали серебряными и золотыми вставками-орнаментами, крестами, наносили орнамент-насечку, «впечатывали» драгоценные камни. Шлемы, которые стали копировать с восточных образцов с коническим острием кверху, называли ерихонками.

Шлем конической вытянутой вверх формы, в отличие от западноевропейского, округлого, имел свои преимущества. Сабли, мечи, копья при ударе сверху соскальзывали с его остро конической поверхности, а стрелы как бы «промахивались» мимо шлема. Именно такие шишаки стали использовать русские воины в ратном деле.

Русские оружейники, которые работали в Московском Кремле, хорошо знали восточные чичаки, сабли, щиты, благо от воинов Золотой Орды остались многие виды вооружений. Поэтому они чаще подражали имевшимся у них образцам, иногда добавляя в них что-то свое.  Вначале они выковывали разные части шлема, которые потом склепывали. С обеих сторон на шарнирах привешивали наушники, а для защиты лица в переносице появились на- носники, их для удобства делали съемными. Позднее шлемы стали выковывать целиком из листовых кусков стали.

Мы не знаем, чем руководствовался мастер Никита Давыдов, когда по заказу для царского шлема решил делать не новый шлем, а взял уже имевшийся у него — восточной работы из булатной стали — и стал его обновлять. Очевидно, этот шлем, изготовленный либо иранскими, либо турецкими кузнецами, понравился ему своей граненой формой, искусством ковки, орнаментом. Он сделал на нем изображения трех корон с православными крестами, добавил с обеих сторон наушники на шарнирах, прицепил сзади назатыльник, нанес свой крупный орнамент, украсил драгоценными камнями. Внутреннюю сторону обложил эмалевыми миниатюрами — изобразил архангела Михаила, в центр добавил сюжет с Гераклом. На внешней стороне остался красивый восточный орнамент и арабские надписи из Корана «Обрадуй правоверных обещаниями помощи от Бога и скорой победы».

Давыдов создал царский боевой шлем-корону. В те времена на Руси, как и во многих других европейских странах, монарх воспринимался, прежде всего, как государь-воин, как защитник своих подданных. Поэтому его боевой головной убор часто объединял в себе элементы шлема и короны. Царь остался очень доволен этой работой и одарил мастера подарками, в том числе аглицкими тканями.

Большой герб Российской империи

Большой герб Российской империи

В XIX веке к этому шлему, который хранится в Оружейной палате Московского Кремля, особый интерес проявили царские историки- патриоты. Неизвестно, какими документами они руководствовались, но в 1856 году появилась устойчивая легенда, что этот шлем первоначально русский и принадлежал великому князю Александру Невскому. Так на большом гербе Российской империи, утвержденном в 1856 году, появилось изображение Ерихонской шапки мастера Давыдова в качестве шлема Александра Невского.

100grt.ru

Шапка Ерихонская | Дмитрий Панкратов

vRUiB28 декабря 1621 года оружейник Никита Давыдов был награжден за изготовление шлема, выставленного сегодня в Оружейной палате.

«…царь Михаил Федорович по достоинству оценил работу русского оружейника и 18 декабря 1621 года повелел выдать Никите Давыдову «полпята аршина тафты желтой, виницейской, да четыре аршина сукна аглицкого за то, что он делал государеву шапку на ерихонское дело».

Сделанный Никитой Давыдовым шлем, вес которого составлял 3,3 килограмма, использовался довольно часто. Известно, что он находился в походной казне царя Алексея Михайловича в боевых походах 1650-х годов — под Смоленск, Вильно и Гродно».

Описание шлема:

«Шапка Ерихонская краснаго железа Микитина дела Давыдова; венец и наверху венца другой венец и подвершье, и полка, и затылок наведены золотом, травы, да посреди шапки короны наведены золотом же, да в полке и в венце шесть гвоздиков репчатых серебрены золочены, да семь гвоздиков серебреных же горощетых золочены; затылок прикреплен на трех цепочках серебреных золоченых, в них шесть гвоздей серебреных золоченых, да в ушах и в затылке двенадцать гвоздиков горощетых; у шапки исподней венец золот, в нем по сказке и по щету золотаго дела мастера Ивана Маркова, сорок три яхонта червчатых да восемьдесят два алмазца в золотых гнездех с финифты, одна искорка выпала и лежит с носом в бумашке;да в шапке и в полке в золотых гнездех с финифты два яхонта червчатых да десять алмазов; подвершье золотое с финифты розными, в нем, в золотых же гнездах с финифты, четыре алмаза; уши прорезные наведены золотом, опушка золотая, в опушке шестьдесят один яхонт червчат, да на наушке жемчюгу семьдесят четыре 926875339зерна бурмицких да четыре алмаза в золотых гнездех, да три запоны с финифты, в них три изумруда больших, около их по двенадцати искорок яхонтовых червчатых; в другом ухе, в опушке, в золотых гнездех пятьдесят семь яхонтов червчатых, да на наушке жемчюгу семьдесят шесть зерен бурмицких, четыре алмаза в золотых гнездех, три запоны, в них по изумруду большому, около одной запоны десять искор яхонтовых червчатых;у нижней запоны в двух концах по изумруду; нос с лица наведен золотом травы, испод золочен гладью, наверху накладная золотая, а на ней ангел хранитель чеканной с финифты; вверху над ангелом алмаз в золотом гнезде с финифты; по сторонам в золотых же гнездех вверху два яхонта червчатых да в исподи два изумруда; на носу в подножии у ангела с сторон закреплены два зерна бурмицкие большие, промеж ними в гнездех золотых два яхонта червчатых, промеж яхонтов алмаз граненой; двои лопасти: одне червчатые, другие желтые атласные. А по нынешней переписи рч`є года (1687) и по осмотру, та шапка против прежних переписных книг сошлась, в ней тулья отлас желтой, стеган на бумаге. picture-300hЦена той шапке тысеча сто семьдесят пять рублев, а в прежней описной книге написана шестая»

Интересные факты:

Шлем был сделан с образца арабского шлема, в том числе с переносом надписи на куполе, которая в переводе оказывается 13-й аят 61-й суры Корана «ас-Сафф» и гласит: «Обрадуй правоверных обещанием помощи от Аллаха и скорой победы».

Похожее

d-pankratov.ru

Оружейная палата. Содержание - ШЛЕМ БУЛАТНЫЙ («ШАПКА ИЕРИХОНСКАЯ»)

The golden dipper is an example of Russian ceremonial tableware. Mead, a popular Russian liquor, was drunk from dippers at official feasts.

By its shape and slender, smooth silhouette, the dipper looks like a proudly swimming, majestic swan. It was hammered out of golden sheet and then decorated with gems, pearls and niello ornamentation.

ШЛЕМ БУЛАТНЫЙ («ШАПКА ИЕРИХОНСКАЯ»)

Оружейная палата. 1621 г.

Булатная сталь, золото, драгоценные камни, жемчуг

Таушировка, чеканка, эмаль, гравировка

Уникальным образцом русского оружейного и ювелирного искусства является парадный шлем, выполненный знаменитым кремлевским златокузнецом, оружейником Никитой Давыдовым для царя Михаила Романова.

Стальная поверхность шлема украшена тончайшим золотым узором, в котором традиционный русский орнамент удачно сочетается с арабской вязью. Сверкающие самоцветы, алмазы, эмалевые украшения дополняют декоративное оформление шлема.

DAMASCUS HELMET («THE JERICHO HAT»)

The Armoury. 1621

Damascus steel, gold, gems, pearls

Touching, chasing, enamel, engraving

The ceremonial helmet made for Tsar Michael Romanov by the famous Kremlin goldsmith Nikita Davydov is a unique example of Russian goldsmithing and armouring.

The surface of the steel helmet is embellished with fine golden ornament in which Russian motifs are skillfully combined with Arabic ligatures. Sparkling gems, diamonds and enamels enrich the decoration of the helmet.

ПИСТОЛЕТЫ

Оружейная палата. Первая половина XVII в.

Сталь, дерево, перламутр

Чеканка, позолота, инкрустация

Изящной отделкой отличается парадное оружие, выполненное в центральной мастерской Московского Кремля — Оружейной палате.

Представленные пистолеты сделаны известным русским мастером Первушей Исаевым. Вставки из перламутра, серебряные чеканные накладки украшают стволы, ложа, замки и рукоятки пистолетов. Как правило, пистолеты были парными, пристегивались к седлу в специальных кобурах — ольстрах.

PISTOLS

The Armoury. Early XVII century

Steel, wood, nacre

Chasing, gilt, inlaying

Made in the central workshop of the Kremlin, the Armoury, these ceremonial weapons are marked with extreme artistic finesse.

The pistols on display are manufactured by a well-known Russian artisan, Pervusha Isayev. Nacreous inlays and silver platings decorate the barrels, stocks, locks and handles of the pistols. As a rule, pistols were twin and kept in special holsters, fitted to saddles.

СУПОВАЯ ЧАША

Россия. Петербург. Вторая половина XVIII в.

Серебро

Чеканка, литье

В русском искусстве с середины XVIII века господствует новый западный стиль — рококо. Усложненные формы, пышный затейливый орнамент этого стиля отвечали требованиям парадной роскоши русского двора.

Массивная суповая чаша с поддоном выполнена петербургскими мастерами для дворцового столового сервиза. Чеканные гирлянды из листьев и цветов образуют картуши, литые фигурки орлов поддерживают раковины с вензелем. Завершает крышку чаши литой букет цветов и изображение фруктов.

SOUP BOWL

Russia. St. Petersburg. Second half of the XVI iI century

Silver

Chasing, mulding

Since the middle of the XVIII century the new Western style rococo dominated the Russian arts. Complicated forms, lavish and intricate ornamentation of rococo met the demands of the Russian Court tending to pompous luxury.

The massive soup bowl with a tray was manufactured by St. Petersburg silversmith for a palace table service. The bowl was decorated with an intricate rocaille ornamentation. Chased floral garlands form cartouches, cast figurines of eagles support shells with monograms. The cover of the bowl is topped with a cast bouquet of flowers and fruits.

ТАРЕЛКА

Франция. Начало XIX в.

Севрский фарфор

В собрании Оружейной палаты имеются три сервиза, выполненные мастерами знаменитой Севрской мануфактуры. Сервизы были подарены Александру I Наполеоном в память о заключении Тильзитского мира. Десертный сервиз называется Олимпийским, сюжеты росписи — на темы античной мифологии.

На представленной тарелке изображен троянский герой Парис с прекрасной Еленой.

PLATE

France. Early XIX century

Sevres

The Armoury prossesses three services produced at the famous Sevres Manufactory. The services were presented to Alexander I by Napoleon in commemoration of Tilsit peace treaty. The dessert service is called Olympic since its painting depicts the scenes of the antique mythology. Each service consists of 140 items, any single item having its own original paiting.

The painting on the plate displayed here shows the Trojan hero Paris and beautiful Helen.

ЧАША

Сольвычегодск. Конец XVII в.

Серебро, усольская эмаль

В XVII веке своими искусными расписными эмалями прославился далекий северный город Сольвычегодск. Сольвычегодские мастера украшали эмалью главным образом предметы быта: чаши, тарелки, стаканы, черенки вилок и ножей, шкатулки, ларцы. Поверхность металлического предмета покрывалась белоснежной эмалью, на которую (особым приемом тонкой штриховки) наносился многоцветный эмалевый узор. Любимыми мотивами росписи были крупные яркие цветы.

BOWL Solvychegodsk. Late XVII century

Silver, «Usolye» enamel

In the XVII century a Northern town of Solvychegodsk became famous for its splendid painted enamels. These were mostly the utensils: bowl, plates, goblets, handles of forks and knives, that the artisans from Solvychegodsk decorated with enamel.

The surface of a metal object was covered with a snow-white enamel, and then decorated with a multicoloured enamel-design, applied by a special method of shading. Large bright flowers were the most popular motif of decoration.

БЛЮДО ЦАРИЦЫ МАРИИ ТЕМРЮКОВНЫ

Мастерские Московского Кремля. 1561 г.

Золото

Ковка, чеканка, гравировка, чернь

Блюдо было свадебным подарком царя Ивана Грозного молодой жене, черкесской княжне. По древнему обряду на Руси невесте подносили на блюде женский головной убор — кику.

Массивное блюдо выковано из куска золота весом около трех килограммов. Дно его прочеканено плоскими изогнутыми «ложками», бортик украшен растительным орнаментом. Тонкий графичный узор прекрасно оттеняет простоту и благородство формы блюда.

DISH OF TSARINA MARIA TEMRIUKOVNA

Workshops of the Moscow Kremlin. 1561

Gold

Hammering, chasing, engraving, niello

The dish was a wedding present of Tsar Ivan the Terrible to his young wife, Chercassian princess Maria Temriukovna.

On the dish, according to an ancient Russian wedding rite, a woman «kika» head gear was placed as a gift to the bride. The massive dish, which weighs 3 kilograms, was hammered of a solid piece of gold. A chased ornament on its sides have floral niello decoration. Elegant graphic ornament emphasizes modest and noble shape of the dish.

www.booklot.ru


Смотрите также